?

Log in

No account? Create an account
птицы

kamenah


На Середине Мира

Стихи. Дневниковые записи.


Previous Entry Поделиться Next Entry
На Текстуре. Каре королей. Актеры и поэты.
птицы
kamenah
На Текстуре.
КАРЕ КОРОЛЕЙ.
АКТЕРЫ И ПОЭТЫ.
Старшие и младшие в поэзии.

Есть весёлая пословица, частично матерная, но мат мне скучен. Без мата она выглядит так: замах рублевый, а удар нулёвый. Великие послевоенные голодранцы подавали великие же надежды. Рублёвый замах разрешился принципиальным отказом от удара, и с этим нужно было жить всем: и голодранцам, и семидесяхнутым, и тем, кто только что закончил вуз. «Чтобы не стать/ Этаким вот музеем – / В нужный момент лучше пойти ко дну». (Андрей Макаревич, «Старый корабль»). Двустишие отлично иллюстрирует настроение семидесяхнутых. Даже стилистически. Корабли старших должны были пойти ко дну. Однако цитата из песни-кода не сработала. Голодранцы оказались крепче младших братьев. Однако сработал сценарий сказки, например, «Кот в сапогах», и на поверхность вышли, как третий сын покойного отца-мельника, инопланетяне, рожденные в 1957 – 1959.

Возможно, именно их уместно назвать последним поколением Советского Союза. Но не настаиваю. Заранее не уверена в выводах. Не тот материал, чтобы выводы были точными. Не те (были) люди. Многие ещё есть.

Кинематограф приобретал массы. Популярный актёр становился едва ли не властителем дум. Стихи писали все, даже всенародно известные персоны. Это был сладчайший тайный грех любого интеллигентного человека.

На фоне гобелена, сотканного из изысканных стихов, трупы поэтов, которые так и не вылупились из дилетантсткого яйца, смердели ещё сильнее и казались ещё безобразнее, но их мало кто видел. Почти о каждом трупе говорили в небольшом кругу: гений! Двадцать первый век создал огромное количество микрокультов погибших в позднесоветскую и раннепостсоветскую эпоху поэтов.

Кинематограф выигрывал, поэзия проигрывала с огромным счётом. Казалось бы, объяснение этому настолько очевидное, что никаких дополнительных вопросов не должно возникнуть. Но в какой-то момент меня перестало устраивать это объяснение.

Из четырёх героев очерка – три отечественного производства, один – лондонец. Англосакс понадобился для того, чтобы и оттенить, и подчеркнуть цветовые линии времени.

Последние записи в журнале