птицы

kamenah


На Середине Мира

Стихи. Дневниковые записи.


Previous Entry Поделиться Next Entry
НА СЕРЕДИНЕ МИРА - РОМАН ФАЙЗУЛЛИН - ДЕТИ УПАВШИЕ С НЕБОСКРЕБА - стихотворения
птицы
kamenah
РОМАН ФАЙЗУЛЛИН
Родился 26 февраля в 1986 году в городе Стерлитамаке.
Публикикации в журналах: «Нева», «Крещатик», «Юность», «Сибирские Огни», «Гвидеон», «Новая Швейцария», в газете "НГ-Экслибрис", а так же журналах «Бельские просторы», «Вайнах», «Другие люди», «Вокзал», «Арт-шум», «Литературная газета», «Альманах 21 век», (Флорида, США), «КП – Калининград», «Новая реальность», сборник финалистов фестиваля «Молодой литератор» (Нижний Новгород), альманах, посвященный 4 Григорьевской премии, и в других изданиях.
Лонг-лист премии Литературентгенн за 2007 г. Лонг-лист конкурса «Флорида Кон» (США) 2011 г. Финалист Илья-премии 2008. Участник 8 и 12 форумов молодых писателей в Липках. Участник Форума молодых писателей в Звенигороде 2014. Лауреат фестиваля «Молодой литератор 2009» (Нижний Новгород). Лонг-лист премии Дебют 2009 (большая проза). Лонг-лист премии Дебют 2010 (малая проза). Лонг-лист всероссийской премии "Послушайте!". Лонг-лист Григорьевской премии - 2013. Финалист Илья-премии 2014. Лонг-лист Международной литературной премии им И.Ф.Анненского. Лонг-лист Филатов-феста 2015
ДЕТИ УПАВШИЕ С НЕБОСКРЕБА
стихотворения
и рухнул дом
(М.М.)

конкретный мир в конкретной голове
вполне обыденно и низко падал
засохла кровь на неживой траве
и клевер затоптало стадо

и рухнул дом а жизнь текла себе
невероятно быстро и уныло кротко
тупой ублюдок с сердцем из стекла
хотел увидеть море в чашке с водкой

дорога вверх то тоже что и вниз
так хочется обнять и быть невинным
но в этот раз а то есть в эту жизнь
мы навсегда с тобою не едины


жизнь
(похороны мира)
все проходит и ты пройдешь
как тревога как свет как ясность
но за все мои крики и ложь
позволь мне ненадолго остаться

ты прости за слепую слезу
и за подлые алые брызги

я на похороны мира ползу
разрываемый собственной жизнью


все тоже самое
все тоже самое, но только по-другому.
художник, как и прежде, глух и нем.
и не дойти мне сегодня до дома,
а завтра дома не останется совсем.

твердеет ночь под снежным покрывалом.
уходит прошлое, как люди - в никуда.
и ты находишь ясность в самом малом -
в дворце из грязного, но искреннего льда.

и давит вакуум. холодное пространство
уводит мысли, поедая жадным ртом,
как люди, от которых отказался,
как смерть оставленная на потом.


безучастно ходили в морг
безучастно ходили в морг
посещали его дни и ночи
только личность свою не сберег
потому что слаб и порочен

потому что глаза в темноте
видят только огонь голодный
и на белом белого нет
только одни язвы и тромбы


бескрылый
бойтесь клоунов и скоморохов
бойтесь ангелов и бескрылых
я исследовал эти потоки
и говно со временем всплыло

не во всех а во мне самом
страшным неизлечимым вирусом
и лежу я теперь под кустом
исковерканный и бескрылый



31.12.1014.

Разбитый мир под новый год
неслышно плачет под забором.
Я знаю - эта жизнь пройдет,
как и простуда очень скоро.

Любовь? Не знаю я ней.
Не видел, не встречал на свете.
Вселенский холод, горсть камней
и вечный снег на парапете.

Война добра с безликим злом.
Зерно убитое на всходе.
В тебе одном, в тебе одном,
в тебе одном все происходит.

Уйдет зима. Сгорит окурок.
В какой не знаю точно год.
И не спасет литература.
И женщина не сбережет.



ни в том ни в этом
я сказал чтоб мимо проходила
чтобы даже глаз не подняла
жизнь слишком ущербно и уныло
обволакивает пошлая зима

до конца я здесь не вашей масти
что не плачь и не говори что
не существенно искусственное счастье
и убито Главное внутри

я мишень в дешевом тире гнусном
я один на миллионы шанс
нет Тебя ни в том ни в этом мире
знаю я
я в них бывал не раз



солнце в помойном ведре
как мастурбирующие друг друга тела
ходят и ползают по талому снегу,
так на моем ковре кровь да зола...
запах цветов исчезает бесследно.

контур лица расплывается. не разобрать
солнце в помойном ведре или благостный якорь
черной росой открывает мои глаза
и мне хочется веселиться, смеяться и плакать.

блеклый рисунок, наивный и детский засох.
в дом твой пришел изможденный и старый каратель.
Ты, как всесильный Бог и развращающий
примешь не всех, а того, кто больше заплатит.



чем больше живу - тем больше тошнит

чем больше живу - тем больше тошнит.
в высохший рот падают хлебные крошки.
но на эту землю не упадет метеорит
и не иссякнет стыд за блядское прошлое.

не в самом начале,
и уж тем более, не в самом конце,
женщина не воскреснет, не откроется истина.
облупляется краска
на твоем
уснувшем лице,
растворяется детский рисунок под желтыми листьями.

почему распродажа всегда и везде?
почему ликвидация товаров так неумолима,
когда ты, едва осознав себя, проходишь сквозь дверь
и касаешься рук этого мрачного и беспощадного мира?


не уходи, останься.
не уходи, останься
рядом с самим собой.
зло твое слишком явно
проходит бегущей строкой.

надломлен стебель цветка.
панцирь разбит огнем.
к оковам не оскверненным
мы уже не придем.

парализующий холод,
как тошнота тверда.
в этой жизни бессонной
я ощущал всегда.

и извращался чтобы
свет в меня не проник.

подлость моя до гроба.
святость моя на миг.



дети упавшие с небоскреба
дети упавшие с небоскреба
должны были снова и опять
заново выйти наружу чтобы
вещи по имени называть

и чтобы девочка стала принцессой
хоть от принцессы в ней ни на грамм
и перед всеми бесстыдно раздеться
веруя светлым и добрым словам

и разгребая ворох желтых бумаг
церковь увидеть сквозь копоть и дым
а в церкви прячутся шлюхи и воры
и прихожане молятся им



больше никто не умрет.
больше никто не умрет,
потому что никто не родится.
камни, похлебка и сброд -
эти картонные лица.

жизнь тянется, как смола.
бедствуют чистые капли.
Ты не тому дала
дяде в кожаной шляпе.

рвота бесится внутри,
танцует. в кого ты метишь
юноша, не смотри
в упор, иначе ослепнешь.


белый цветок
(М.М.)

когда стану великим
когда уйду от вершины дна
и прекратятся крики
что издает стена

пустой черепаший панцирь
будет мне домом и сном
выпита чаша ржавая
жадным высохшим ртом

нет ни принцессы ни принца
лишь безнадежный заплыв
дай мне тебе поклониться
пока я еще жив

земля замерзла и куклы
потрескались как фарфор
и этот город как будто
родной мой убийца и вор

я здесь с тобой и нигде
(как долго мы не говорили)
тянусь рукою к воде
несуществующей в мире

как много убито дорог
и дети прибиты к стене
возьми этот белый цветок
на память обо мне



улыбается утру покойник
кровь циркулирует в обойме
в бесконечное пропасть мчится
улыбается утру покойник
он увидел во сне девицу

он обнял ее крепко-крепко
откровенно желая единства
но тверда проржавевшая клетка
что хранит в себе маски и лица

крематорий и камера пыток
едкий газ и немного еды
дорогое в явном сокрыто
словно след от умершей звезды

не обидно и не больно вовсе
ибо в доме никто не живет

улыбается утру покойник
доедая не тающий лед

?

Log in

No account? Create an account